Виктор Фирсов с детства знал, что будет точно как отец.
Подполковник СОБРа Игорь Фирсов носил форму так, будто в ней родился. Для пацана во дворе он был живой легендой: спокойный голос, стальные глаза и привычка всегда возвращаться домой, даже если весь город горит. Виктору тогда было всего восемнадцать, когда отец ушёл на задание и не вернулся. С того дня у парня осталась только одна дорога: в тот же отдел, в ту же форму, в те же ботинки.
Сейчас Фирсову сорок пять.
Он старший оперуполномоченный СОБРа и командир группы немедленного реагирования с позывным Трефы. В городе четыре такие группы, дежурят круглосуточно, и Трефы считаются самыми быстрыми. Виктор лично отбирал каждого бойца, гонял их до седьмого пота на полигонах и учил доверять друг другу больше, чем себе. Теперь они работают как единый организм.
Обычный день начинается в шесть утра.
Проверка оружия, снаряжения, короткий инструктаж. Потом тишина в ожидании вызова. А вызовы бывают разные. Иногда это обыск в квартире, где варят наркотики, иногда ночная погоня за вооружёнными грабителями, иногда заложники в торговом центре. Главное правило Фирсова простое: домой все возвращаются живыми. Свои и, по возможности, чужие.
У каждого в группе своём шкафчике висит фотография.
У кого-то дети, у кого-то жёны, у кого-то родители. Виктор свою фотографию не вешает. У него на столе стоит старая карточка отца в полной выкладке, снятый за год до гибели. Иногда Фирсов ловит себя на том, что разговаривает с этой фотографией вслух, особенно после тяжёлых выездов. Просто говорит: всё нормально, пап, мы справились.
Бойцы называют его между собой Старик, хотя до пенсии ещё далеко.
Он не обижается. Знает, что это сказано с уважением. Сам он помнит каждого по имени-отчеству и день рождения. Если кто-то ранен, Фирсов сидит в больнице до утра, пока врачи не скажут точный прогноз. Если кто-то потерял близкого, берёт его к себе на пару дней, чтобы человек не оставался один.
Однажды им досталось дело, которое не должны были брать спецназовцы.
Банда торговала людьми, прятала девушек в подвалах старых заводов. Обычная полиция топталась на месте, а времени не было. Фирсов собрал своих, вышли ночью, без лишнего шума. Вернулись под утро все целые, а пятнадцать девчонок впервые за много месяцев увидели небо. После этого дела Виктор три дня не спал, просто сидел на лавочке у отдела и курил одну за другой. Никто не подходил, все понимали.
Дома у него тихо.
Квартира почти пустая, только самое нужное. На стене висит старая карта города с отмеченными точками, где когда-то работали с отцом. Иногда он проводит по этим точкам пальцем и вспоминает, как пацаном бегал за ним по этим улицам. Теперь он сам ведёт за собой других пацанов, которым тоже когда-то было по восемнадцать.
Работа не отпускает даже во сне.
Просыпается от каждого громкого звука, телефон всегда рядом. Но он не жалуется. Знает, что если вдруг он перестанет, то кто-то другой займёт его место, и этот кто-то может не успеть. А успеть нужно всегда.
В отделе шутят, что Фирсов женат на работе.
Он только улыбается в ответ. Может, и так. Но в этой работе есть то, чего не найти больше нигде: чувство, что ты стоишь между нормальными людьми и полной тьмой. И пока он может держать автомат и вести своих ребят вперёд, тьма будет отступать.
Так и живёт старший оперуполномоченный Фирсов.
Днём и ночью, в жару и в мороз, с одной мыслью в голове: отец бы одобрил. А большего и не надо.
Читать далее...
Всего отзывов
14